Щоденник окупації міста Лебедина. Частина#3

0
511

БОРИС КУЗЬМИЧ РУДНЄВ

27.10.41 г. Начались попытки ограбления музея фельдшерско-акушерских курсов. Это очень недалеко от нашего Музея. Богатейшее имущество медицинского музея так же как и наше осталось без каких либо указаний. Им заведует завхоз колхозной школы П. Горошко, решительно не знающий как с ним поступить. Забили досками окна с галереи.

29.10.41 г. В бывшую контору стройучастка (это уже рядом, непосредственно) залезли грабители и вытаскали диваны и др. имущество. Кажется один диван попал во флигель к квартирантам в нашем дворе. Медицинский музей тоже посетили грабители, изломали 9 микроскопов и др. Соль везут и на повозках и на возах, тащат мешками. Ведрами несут керосин и бензин. «Замечательная» распорядительность и «дальновидность». Спалили лозовую артель, где были заготовлены столы, парты, кошелки и т.п. в то же время в милиции были брошены винтовки, а в военном городке оставлены цистерны с керосином и бензином.

30.10 41 г. Грабежи продолжаются. Кое-где показывается учительство, но с большей частью для своих надобностей. Они несут керосин или соль и т. п.

02.11.41 г. Сегодня, проходя базаром встретился с каким-то молодым человеком, который назвался Бескостым, который пригласил меня на собрание инициативной группы в Горсовет. Через несколько минут я опять увидел его. Он приглашал снова кого-то на инициативные собрания, причем добавил: «вы не бойтесь, Б.К. знает об этом собрании». От всего этого можно прийти в отчаяние! Уже лебединские обыватели (по гречески «обыватель – идиот») произвел меня в немецкого коменданта. На днях, какой-то гражданин из Района спрашивал, где я живу, чтобы подписать ему какой-то документ на лошадь. На собрание я не пошел, а пошел на дежурство в Музей. Два раза присылали за мной, но я не пошел. Послал вместо себя Н.Б. и посоветовал ему только слушать и не лезть ни в какие должности. Часа через  два он вернулся и с торжеством заявил, что его выбрали председателем собрания и уполномоченным для поездки в Сумы к немецкому командованию.

03.11.41 г. Выборные поехали в Сумы за властью. Главную роль среди них желает играть некто Русанов, какой-то банковский работник, нечто вроде инспектора кредита (есть такая должность). Этого господина (товарища) я, как будто видел в роли руководителя лебединских фортификационных работ на Пушкинской улице возле «трех мостов». Я полагаю, что вряд ли беспартийному лицу могли бы поручить такое руководство. Между прочим, можно отметить, что в одну из таких траншей на Сумской улице влетел при отступлении наш грузовой автомобиль и был брошен. Он и сейчас торчит там.

06.11.41 г. Мальчишки хулиганы, живущие неподалеку от меня устроили мне демонстрацию. В 6 ч. 30 мин. вечера очень близко от дома вылили на пучок соломы бензина и подожгли. На солому было положено десятка два патронов. Сильное пламя осветило комнаты. Быстро выбежал и метлою забили костер. Патроны я заметил только утром. Мог сгореть дом и мое имущество. Вот, действительно, в чужом пиру было бы мое похмелье.

07.11.41 г. В городе расклеены объявления о сдаче оружия, о наказании за сношение с партизанами и о бирже труда. Начали   прибирать здание бывшего Райисполкома. Разбили и выбросили большую фигуру Сталина. Мне  передавали, что в этой работе принимали участие некоторые партизаны 1918-го года – Гол. Крымец и др. Последний поносил советскую власть, услугами которой пользовался все 20 лет. Хамелеоны!

09.11.41 г. Началась приборка города, собственно центральной Сумской (нижней) улицы. Лучше было бы организовать копку картошки и буряков,  которые погибнут в поле. Никуда не могу отлучиться из города – связан с Музеем.

10.11.41 г. В городе немцы. В Музей с черного хода зашли три немецких солдата. Были удивлены, что музей сохранился. Я предложил книгу для посетителей, из которой, к сожалению, А. А. С-ом были удалены все записи последних лет, т.к. там много было подписей тов. партийцев. Жаль! Там было много хороших, дельных отзывов. Музей немцам очень понравился, и они охотно записали о нем свои впечатления. Это очень важно для сохранения Музея. Если немцы будут записывать хорошие отзывы, то это гарантия его сохранения. Впервые получил хлеб. Прибежала и П. как только узнала, что дают хлеб. Эта особа, бывшая уборщица Музея, два месяца не показывалась в Музее и не принимала никакого участия в его сохранности. Я объявил ей, что зачислять на службу ее не буду, т.к. штат наш будет сокращен.

11.11.41 г. В городе совершено убийство целой семьи, убийцы две молодые женщины обнаружены. Цель убийства – грабеж – они забрали одежду, сало, муку и т.п.

12.11. 41 г. Что бы  расстаться с Н.Б. я заявил ему, что делать ему в Музее нечего и указал ему, что он сделает лучше, если он займется восстановлением Народного дома, с чем он согласился. Он перестал внушать мне доверие после того, как принял участие в растаскивании библиотеки (помогали ему в этом К.С. и Ю.Л.)

13.11.41 г. Заходил ко мне В.С. Я знал его еще учеником своим в 1928 году. Он дезертировал с поля брани. Горит желанием принять участие в общественной работе и убеждал меня взять заведывание отделом народного образования, а себя предлагал в помощники. Власть в городе сформирована так: организована Городская управа – во главе ее голова Русанов Аф. Арт.- это тот молодой человек, о котором я упоминал раньше. Помощником у него В.Л. Педосенко, который выдумал для себя звание – начальник механического  отдела. Человек этот очень и очень неважный. Именует себя инженером и с большим самомнением. Своего сына Е. он назначил «директором механических мастерских». Это тоже мой ученик по Лебединскому техникуму механизации. Заведует земельными делами Шурдукало – я его совсем не знаю.

14.11.41 г. Вчера на Соборной площади была поставлена виселица – столб с перекладиной в виде кронштейна. Ставил этот столб Голубь, бывший кладовщик Горсовета.  Утром сегодня, идя на базар, увидел я  впервые в жизни повешенную. Это та особа, которая  участвовала  в убийстве и ограблении семьи. Я близко не подходил. Издали были видны связанные сзади руки, босые ноги и легкое покачивание трупа.

15.11.41 г. Я забыл упомянуть, что кроме Русанова и Шурдукала в наше Лебединское «Правительство» входит Данило Бескостый, взявший на себя должность начальника полиции. Повесилась девица соучастница ограбления и убийства семьи. Она оторвала полоску от юбки  вместо веревки.

16.11.41 г. В город вступил большой отряд немцев. В.С. просит меня отрекомендовать его на работу по народному образованию  или поручиться за него, что он не партиец. Для меня он «терра инкогнито», но полагаю, что он может принести пользу в данный момент. Я никогда не придерживался лозунга: «чем хуже, тем лучше», а сейчас необходимо не допустить до гибели нашу молодеж, наших детей.

17.11.41 г. Сняли девицу. Виселица стоит, в ожидании новых  очередных жертв. Ходил с В.С. к Русанову. Я рекомендовал его как энергичного человека, могущего сдвинуть с мертвой точки дело образования, произведя учет имущества и кадров. Русанов отослал нас к Педосенку. Этого бурбона придется уламывать, уговаривать, обьяснять. Он, конечно, беспокоится, что могут посягнуть на его прерогативы.

18.11.41 г. Воспользовался разрешением и зарезал свого бычка. В другое время я не сделал бы этого, но теперь не до породы.  Уломал Педосенка и В.С. занялся работой по образованию. Дай Бог, чтобы он принес пользу обществу и не превратился в общественную язву.

20.11.41. г. Был вытребован или приглашен в полицию, где Бескостный обратился с просьбой настроить рояль для немцев в Народном доме. Меня сначала один немец – солдат отвел на квартиру офицера Вальтера, а потом я с этим Вальтером ходил в Нардом. За работу, конечно, ничего не заплатили. Завоеванные!

В Нардом немцы свозят массу столов, стульев и прочее. Будет что – то вроде кафе.

24.11.41 г. В мое отсутствие, когда я был в Музее, явились с обыском трое: немец и двое полицейских (по укр. «поліцай»). Искали оружие и партизан. Немец уселся на стуле, а наши пошли шарить. Залезли в книжный шкаф, увидели маленькую коробочку и стали там рыться. Жена вынуждена была заметить им, что там нет ни партизан, ни оружия.

25.11.41 г. Сразу похолодало, сегодня 25 градусов мороза. Масса буряка и картофеля остались в поле.  Не сумели организовать людей на эту работу, а занялись другим.

27.11.41 г. Как был занят Лебедин? 9-го октября в 9 часов утра была занята Чупаховка, а 10-го Алешня – откуда немцы пошли на Куличку. С другой же, северной стороны была занята Штеповка, откуда немцы пошли на Сумы. Оставатися в Лебедине – значит быть окруженным – почему  и произошел быстрый уход наших войск из Лебедина.  Случилось все это благодаря плохой оперативности, на которые  указывал Белик.  Единственный путь отступления был на Боромлю.

29.11.41 г. Повесили гр. Корниенко, за то, что украл какие-то вещи у немцев и ударил немецкого солдата. Корниенко был душевно-больной человек. Года два назад он избил Харитона Фролова. Началась регистрация паспортов.

30.11.41 г. Был на концерте Пинчука в Народном доме. Было много немцев, которые усердно аплодировали. Через час концерт был повторен для  лебединской публики.

Продовження наступного тижня

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

Войти с помощью: 
Будь ласка, введіть ваш коментар!
Будь ласка, введіть ваше ім'я тут